— Они предназначены друг другу с колыбели, — объяснила Муар. — Папе было непросто найти нам мужей: ни у кого из нас не было большого приданого. Союз Скай с наследником Баллихинесси О'Флахерти — лучший среди всех сестер.

Анна покачала головой:

— Боюсь я этого союза. Ваша сестра — девушка слишком независимая.

— Это папина вина. Он ее так ужасно испортил, — вставила Пейги. — Она должна была выйти замуж еще два года назад, когда ей исполнилось тринадцать. В этом возрасте мы все выходили замуж. Так нет, Скай не захотела. Ей он всегда позволял поступать по-своему.

— Это не так, Пейги, — упрекнула Эйбхлин сестру. — Анна права, утверждая, что Скай и Дом не подходят друг другу. По темпераменту Скай не похожа на нас. У нас — материнский характер, а Скай взяла папин темперамент. Для мужа Скай Дом слишком слаб и недостаточно чувствителен.

— Скажи, пожалуйста, сестра, — едко проговорила Пейги. — Меня поражает, как хорошо наша маленькая монахиня разбирается в человеческой натуре.

— Неплохо, — согласилась Эйбхлин. — К кому, как ты думаешь, Пейги, бедные женщины со всей округи несут свои горести? Уж конечно, не к священнику! Он-то их учит покорности мужьям. И на них же самих налагает епитимью!

Сестры, казалось, были поражены, но Анна, рассмеявшись, разрядила обстановку:

— Ты, падчерица, больше похожа на бунтарку, чем на божью женщину.

Эйбхлин вздохнула:

— Твоя правда, Анна, — промолвила она. — И это меня сильно беспокоит. Но сколько бы я ни старалась, мне не удается смирить свой дух.

Анна О'Малли потянулась к падчерице и нежно похлопала ее по руке:

— Быть женщиной — всегда непросто, — задумчиво произнесла она. — И неважно, какую роль мы выбрали для себя в жизни.

Девушки улыбнулись друг другу, и в их глазах мелькнули любовь и понимание. Внезапно все насторожились: из холла внизу донеслись громкие крики. Они стали отчетливее, и сестры переглянулись — они различили голоса Дома О'Флахерти и Скай.