– Никто никому никого не навязывает. И у меня есть имя – Доминик.

Неужели она еще ни разу не назвала его по имени. Она еще вчера вечером узнала, как его зовут, и потом вспоминала это имя, вспоминала его самого, хотя прекрасно понимала, что ей не следует думать об этом мужчине.

Доминик же тем временем продолжал:

– И можете поверить мне, миледи, тот факт, что я являюсь братом Коулдена, – это всего лишь одна грань моей необычайно многогранной личности.

Кэтрин было совсем не до смеха, однако она с трудом подавила улыбку. Да, этот человек не только внешне привлекателен, он еще и очень непрост. Конечно, у него довольно странные представления о приличиях… Разве подходящий сейчас момент для того, чтобы отпускать остроумные замечания? Но все же…

Коул нахмурился и взглянул на брата. Затем снова повернулся к своей бывшей невесте:

– Мы придумаем какое-нибудь объяснение. Можно сделать вид, что ты собиралась замуж за Доминика с самого начала. Мы можем сказать, что нас неверно поняли, что сообщение о нашей с тобой помолвке просто недоразумение.

Она в изумлении уставилась на Коула. Неужели он считает се настолько глупой? Видимо, да если вообразил, что она способна проглотить подобное объяснение.

– Ха! – вырвалось у нее, только это она и сумела ответить.

Доминик в раздражении поморщился:

– Право, Коул, ты все испортить своими глупостями. – Оттолкнув старшего брата, он взял девушку за плечи и привлек к себе: – Ты права, Кэтрин разумеется, в свете все равно узнают правду. Но если ты выйдешь за меня, то окажешься под защитой имени Мэллори. Под моей защитой. Мы сможем все обернуть в свою пользу. Уверен, что мои родственники нас поддержат, и самое главное, нам помогут те, кто в долгу передо мной, – добавил Доминик с усмешкой.

Тут он отступил от нее на шаг, и его руки больше не удерживали ее. Как ни странно, она вдруг почувствовала, что чего-то лишилась, хотя, казалось бы, следовало испытывать облегчение.