Эвелин изо всех сил старалась не выдать своих чувств.

– Что ж, как бы там ни было, он не заметил меня. Сомневаюсь, что он вообще помнит об этом.

– Что ты, дорогая! Как это можно забыть? Молодые люди не каждый день спасают жизнь девушкам на замерзших озерах.

Эвелин пожала плечами:

– Значит, он просто не узнал меня. Почему-то именно эта простая мысль показалась Эвелин невероятно огорчительной.

А в это время Мартин, сидевший прямо за спиной Эвелин, закрыл глаза и прислонился головой к мягкой спинке кресла. «Вероятно, – думал он, – та ледяная вода, в которую несколько лет назад упала мисс Фостер, наполнила ее вены холодом, и она потеряла способность что-либо чувствовать».

По правде говоря, эта девушка была самой высокомерной, холодной и благонравной из всех, с кем ему приходилось иметь дело. Она всегда вела себя так, как будто не знала его и не помнила, что однажды он спас ей жизнь. Как она могла забыть об этом? Встречая его, она всегда морщилась и отворачивалась. Что бы он ни делал, как бы ни вел себя, мисс Фостер ни разу не улыбнулась ему.

Что ж, сказал себе Мартин, пусть так и будет. Пусть Эвелин гуляет по замерзшим озерам всю оставшуюся жизнь, он не станет ее больше спасать. Благодаря ей и ее подруге… как же там ее зовут?., он теперь обречен просидеть целый месяц в Эксетере под присмотром тетушки, которая будет мучить его своими нравоучениями.

Глава 3

Июль 1891 года

Десять лет спустя

Мартин Лэнгдон стоял за штурвалом яхты «Орфей» и наслаждался. Солнце припекало спину, а в лицо дул свежий морской ветер. Время от времени он поглядывал на раздувающиеся паруса, и его охватывало радостное возбуждение. Иногда нос яхты нырял в волны, и в лицо Мартина летели холодные соленые брызги. Стаи рычащих волн бросали ему вызов, и лорд Мартин с готовностью принимал его, уверенный в собственной физической силе и послушном штурвале.