Простодушные глаза его кузины распахнулись еще шире. Ее губы медленно раскрылись.

— Тогда вы должны были начать очень рано.

— С учетом того, что Элли почти двадцать, действительно рановато.

— Тогда это ваши братья и сестры?

— Все семеро и еще Алисия, которая не поехала, потому что недавно вышла замуж. — Уилл прошел в комнату и провел ладонью по мягкому бархату кресла с подголовником.

— Девять детей? И никто не умер в младенчестве.

Он лишь кивнул, уловив изумление в ее голосе, затем тихонько засмеялся.

— Четверо мальчиков от второй жены отца.

— Не хотите ли перекусить, ваша светлость?

Он снова повернулся к ней и нахмурился.

— Почему вы продолжаете называть меня подобным образом?

— Ваша светлость?

— Да.

— Потому что вы герцог. Будь вы графом, я обращалась бы к вам «милорд».

Он покачал головой:

— Не надо. Я никогда не пойму эту страну и ее странное пристрастие к титулам.

Элизабет выпрямилась и быстрым движением откинула со лба рыжую прядку.

— Система титулов вовсе не странная. Как долго вы жили в Виргинии, прежде чем переехали в Канаду?

— Десять лет. Затем, как раз перед войной, отец получил назначение в Йорк, вблизи озера Онтарио.

— Вы, наверное, забыли, как устроено английское общество. Вы жили в варварской стране, в которой титул никому не нужен.

— Возможно. Но там, по крайней мере, у каждого человека, даже не имеющего титула, есть шанс чего-то добиться, — сказал он, опускаясь в кресло.

— Ваша св… — Она умолкла, поймав его взгляд, и, воздев руки кверху, взмолилась: — Тогда как же мне обращаться к вам?

— Уильям, а лучше Уилл.

— Хорошо, Уильям. Вы позволите мне разбудить повариху, чтобы она приготовила что-нибудь на скорую руку?

— Я бы не хотел беспокоить слуг.