Такой исход не приходил ей в голову; Габби надеялась лишь на то, что доброе сердце и потрясающая красота Клер привлекут к ней множество не только достойных, но красивых и обаятельных мужчин. Если же нет… ладно, там видно будет.
– А что касается сходства твоего будущего мужа с папой… ну, я не думаю, что очень многие джентльмены, – в смысле, богатые джентльмены – так же относятся к своим женам и детям, как относился он. На твоем месте я бы не стала слишком переживать.
– В самом деле, – с чувством сказала Туиндл. – Поверьте мне, в этом отношении его светлость не имел себе равных.
– Кроме того, после твоего замужества может случиться так, что мы с Габби и Туиндл останемся с тобой, – улыбаясь, добавила Бет. – Так что из-за расставания тоже можешь не расстраиваться.
Габби, зная по собственному опыту, как разительно могут отличаться мечты от действительности, снова сменила тему разговора.
Ночь они провели в Ньюарке, наутро продолжили путь и на закате увидели предместья Лондона. Карета поднялась на холм, и внезапно город распростерся перед ними как на ладони. Сбившись в кучку у окна, они любовались шпилями и островерхими крышами домов и серебряными петлями Темзы, сверкавшей в лучах заходящего солнца.
Однако к тому времени, когда они после множества сводящих с ума задержек миновали мост и оказались на улицах, переполненных экипажами всех фасонов и размеров, стемнело, и Габби возблагодарила небо за то, что взошла луна. Скорость продвижения неумолимо замедлилась, и вскоре, забыв про усталость, путешественницы отдались лицезрению достопримечательностей большого города.
Снова прилипнув к окну, они с изумлением следили за заполнявшими улицы толпами. Недавно установленные газовые фонари освещали желтоватым светом нависшее над городом дымное небо. Девушкам, выросшим в деревне, Лондон сначала показался совершенно другим миром, но потом они поняли, что пешеходы здесь большей частью грязные и оборванные, а у тех, кто передвигался верхом или в ехавших навстречу экипажах, лица были хмурыми и озабоченными. Сквозь стенки кареты начали проникать отвратительные запахи, заставившие девушек сморщить носы и посмотреть друг на друга с ужасом.