— Прекрасно сказано, Уиклифф! — воскликнул Бламтон.

— Помолчи!

— «Цель нашей академии, которой руководила моя тетя, а теперь руковожу я, — выпускать из своих стен образованных женщин». Здесь, между прочим, тоже есть подчеркивания. «Поэтому дополнительно к „добродетелям“ у нас преподают литературу, математику, иностранные языки, политологию, историю, музыку и прикладные виды искусства, о чем я подробно пишу ниже».

— Господи, — содрогнувшись, пробормотала Элис. — Какой ужас!

Тристан пробежал глазами оставшиеся листки.

— Дальше описывается полная программа. — Он посмотрел на Грейдона. — Но я этого читать не буду.

— И на том спасибо, — буркнул Грей.

— Хотя… в конце есть приписка. «Таким образом, ваша светлость, вы видите, что я стараюсь дать своим ученицам полное, законченное образование. Ваше поведение, однако, свидетельствует о серьезных пробелах именно в области „добродетелей“. Если позволите, я могу порекомендовать вам несколько книг о скромности и хороших манерах, которые вы могли бы прочитать на досуге. Искренне обеспокоенная мисс Эмма Гренвилл».

Непродолжительное молчание было прервано смехом леди Сильвии:

— Бедняжка Грей. Тебе не удалось произвести впечатление на директрису школы для девочек.

— Ну, это еще неизвестно. Она пишет только, что искренне обеспокоена. — Тристан положил письмо на стол.

Пусть повеселятся, решил Грей; на самом деле он почти не слышал, что они говорили, с удовольствием представляя себе, как заставит замолчать кареглазую крошку. Мисс Эмма Гренвилл, по-видимому, не имеет ни малейшего представления о том, с кем имеет дело. Но очень скоро она это поймет.

Элизабет Ньюкомб упала на пустую бочку из-под виски, которая должна была изображать фонтан в центре славного города Вероны.