Рия покачала головой.

– У вас нет, – спросила она, сцепив пальцы, – туалета внизу?

Он бросил на нее слегка удивленный взгляд и пожал плечами.

– Идите за мной.

Сжав зубы, Рия с трудом встала и чуть-чуть оперлась на поврежденную ногу. Ей удалось удержаться от крика, но из груди все же вырвался сдавленный стон. Она поняла, что не в силах сделать ни единого шага и ей потребуется куда больше, чем пара часов, чтобы опухоль спала.

– Что за черт… – Он обернулся и остановился перед ней, глядя, как она со стоном упала назад, на диван. Рия непроизвольно уставилась на больное место, и он проследил за ее взглядом. Присев на корточки, он приподнял сначала ее левую ногу, здоровую, а потом завернул штанину на другой ноге.

– Пожалуйста, – выдохнула она, – только не трогайте!

– О… Боже мой! – Лео уставился на ее ногу, и Рия тоже в ужасе рассматривала огромную опухоль. – И куда вы намеревались с этим дойти? – Он поднял ее ноги и уложил на диван.

Тон его, возможно, и резок, рассеянно отметила Рия, но руки, способные ковать металл, оказались так нежны, что она едва не расплакалась.

Несколько слезинок выкатились из ее глаз, Рия не смогла их удержать. Ей и раньше приходилось многое выносить, но лишь теперь она поняла, что такое физические страдания.

Лео резко выпрямился – руки на бедрах, подбородок вперед, глаза сужены.

– Когда? – спросил он. – Где и как это случилось?

Запинаясь, она рассказала, что отдыхала на краю поля.

– Когда я перелезала обратно, ворота подо мной зашатались. Они были ржавые и еле держались в петлях, а когда перекладина треснула, ворота упали вместе со мной. Я, правда, поставила их на место, чтобы овцы не забрались, но…