— Как ты могла совершить подобную глупость?

— В тот момент это вовсе не казалось глупым. Тирлоху очень понравился этот кубок, — заявила Летиция, в ее тоне прорезались возмущенные нотки.

— И ты отдала его ему, а потом вспомнила про Джона? Как же получилось, что Джон до сих пор не заметил пропажу?

— Я придумывала разные отговорки, но время идет, и он не может ждать вечно. — Она упала на колени перед сестрой и схватила ее за руки. — Пожалуйста, верни мне кубок! Если Джон когда-нибудь узнает о том, что я сделала, все пропало.

Глядя в заплаканные голубые глаза Летиции, в ее расстроенное смазливое личико, Плезанс испытывала сильное желание надавать ей пощечин. Надо же быть такой идиоткой! Заварила кашу — пусть сама и расхлебывает! Но к сожалению, расхлебывать придется не только ей, но и всем ее родным. Плезанс понимала, что должна защитить семью от скандала, ведь под угрозой оказалось и ее собственное будущее.

— А ты не просила мистера О'Дуна вернуть тебе твой подарок? — поинтересовалась Плезанс, безуспешно пытаясь не выдать голосом своего возмущения.

— Просила. Я объяснила ему, что поддалась минутному порыву щедрости. Я также объяснила, что этот порыв был ошибкой. Он сказал, что я и впрямь была очень щедра, что это замечательный подарок, за который он мне премного благодарен. А насчет ошибки — он заявил, что в последнее время я, по его мнению, совершила слишком много ошибок, выразил надежду, что в скором будущем мне повезет больше, после чего в буквальном смысле выставил меня за дверь. Несносный человек!

Говоря это, Летиция поднялась с коленей, вернулась к креслу и с размаху плюхнулась на мягкие подушки. Каждый ее жест дышал гневом.

— Нет, Летиция! Ты напрасно ругаешь мистера О'Дуна.