Плезанс не могла это отрицать, поэтому просто сверлила его взглядом. У нее не было никаких оправданий. Оставалось только одно — разыгрывать праведное негодование и готовиться к возможной схватке. Впрочем, она сильно сомневалась, что этот здоровяк, вдавивший ее в матрац, даст ей время придумать какую-нибудь действенную уловку.

— Вас также просили вернуть эти письма их законному владельцу, — прорычала она. — Я пришла сюда, чтобы их забрать.

В его дымчато-серых глазах сквозила откровенная насмешка. Ей захотелось кричать от бессилия.

— Вот как? — Он слабо улыбнулся. — Но я не хочу, чтобы их забирали. Они мои.

— Нет, это письма Летиции.

— Похоже, мы с вами никогда не договоримся. — Он встал, не разжимая большой мозолистой руки, в которой держал ее хрупкие запястья, и рывком поставил ее на ноги. — Мне кажется, нам с вами нужно привлечь незаинтересованное третье лицо. — Он потащил ее к двери. — Только, прошу вас, не выпускайте мой кубок из своих нежных пальчиков. Я не хочу, чтобы он упал и помялся.

Плезанс с удовольствием смяла бы его о голову Тирлоха, но, к сожалению, ее руки были несвободны.

— Куда вы меня ведете? — сердито спросила она.

— К Корбину Маттиасу. Вам повезло, мисс Данстан. Он ждет меня в баре.

В данный момент ей меньше всего хотелось встречаться с мировым судьей. Неужели Тирлох О'Дун собирается открыто объявить ее воровкой?

Плезанс попыталась вырваться, но он держал крепко. Тогда она уперлась ногами в пол, и Тирлох просто поволок ее по коридору. На верхней площадке узкой лестницы, ведущей в бар, она зацепилась локтем за стойку перил. Тирлох сурово взглянул на свою пленницу, оторвал ее руку от стойки и двинулся дальше. Чтобы не упасть, ей пришлось прекратить сопротивление. Как только они достигли нижней ступеньки, она вновь попыталась задержаться с помощью стойки перил, но Тирлох резко дернул ее за руку, и она ударилась о его крепкий бок, выпустив спасительную стойку. Дверь в шумный бар теперь была всего в нескольких шагах от них.