Джон перехватил ее по пути на кухню и прошипел в самое ухо:

— Уж не навоображала ли ты себе чего лишнего, леди Джасмин с чердака? Не забывай: для меня ты ничто, пустое место! — От его издевательского хохота у бедняжки сердце чуть не выскочило из груди. — Стало быть, тебя теперь и пальцем не тронь, так? Ну я тебе покажу! Я урежу тебе жалованье! А заодно и той выскочке, что валяется наверху!

Урежет жалованье! Неужели они лишатся последних крох?

— Только не выгоняйте меня! — взмолилась несчастная.

— Марш на кухню! — гаркнул Джон. — Обслужи солдат его величества — они только что пришли обедать!

Джесси побежала на кухню. Там се встретила Молли и второпях шепнула:

— Я была у твоей мамы, малышка. Она выпила чуток бульону.

— Благослови тебя Господь! — прошептала Джесси, и в тот же миг повариха нагрузила ее тяжеленным подносом, а из головы вылетел злополучный эпизод с заезжим джентльменом — все поглотила ужасная тревога. Она не могла забыть оброненное Тамсином слово.

Хинин.

Линнет нужен хинин, чтобы справиться с лихорадкой.

На другой стороне площади есть аптека, и там можно купить хинин, были бы деньги.

Повариха, уставляя тарелками ее поднос, непрерывно судачила с появившимся недавно возчиком. Этот малый по-хозяйски устроился возле стола и при виде Джесси приветливо поднял шляпу и улыбнулся. Девушка, с трудом балансируя огромным подносом, едва улыбнулась в ответ. Повариха тоже ласково взглянула на нее, однако она внимательно слушала то, что рассказывал возчик.

— Господь свидетель, не верю я ни единому твоему слову, Мэтью! — восклицала она, возбужденно хихикая.

— Все, все как есть правда! Джесси, хоть ты послушай да скажи!

— Она совсем еще девочка! — твердо возразила повариха.

— Да уж история-то больно хороша! Про Джоэла Хиггинса, что служит в лакеях в Лондоне.