Говорят, перед смертью слух отказывает последним, поэтому Чарли сделал вывод: он еще не умер. Пока.

Свет становился все ярче. Чарли мог видеть его так же ясно, как и фигуры вдалеке — человеческие фигуры, темные силуэты на фоне светового пятна. Он попытался подойти к ним.

— Держите его, черт побери! — послышался грубый голос откуда-то издалека.

— Пытаюсь, пытаюсь! — в сознание Чарли проник второй голос.

— Давай же! Он теряет слишком много крови. Кажется, в него попало три пули, не меньше. Быстрей!

— Я быстрее не могу!

— Постарайся! Если мы его не удержим сейчас, все пропало.

Свет становился то ярче, то снова тускнел. Внезапно голоса послышались отчетливее. Чарли услышал звяканье металла.

— Вот так. Передай мне это!

— Да тут везде кровь, он просто истекает!

— Нажимай здесь, черт побери!

Свет снова стал ярче, а лица яснее. Чарли смог различить черты одного из мужчин. Отец.

Неужели это он? Этот молодой улыбающийся мужчина — его отец? Боже, ведь уже прошли годы и годы!

Мне было три годика, когда папа умер. Но вот он тут, стоит рядом с мамой, и оба улыбаются, обнимают друг друга, а рядом с ними — Люси.

Мать Чарли умерла, когда ему исполнилось десять, а сестра скончалась еще через пять лет.

Люс, черт, почему ты покончила с собой?

Чарли шагнул к свету и попытался заговорить с родными.

— Мы теряем его!

— Я знаю, знаю! Давай же еще раз!

Теперь Чарли едва различал голоса внизу. Они не имели никакого значения. Он пытался дойти до Люси.

Ему надо было так много сказать ей. Рассказать о том, что случилось с тех пор, как она ушла. О Джоанне, учительнице, которая приняла его в свою семью, не позволила ему умереть, вырастила его настоящим мужчиной…