Наконец Чарли окончательно выбился из сил. За последние дни он сильно сдал, его постоянно лихорадило. Пришлось признать: Кейт здесь нет.

Прошло столько лет! На что я только надеялся?!

Когда Чарли лежал в госпитале после операции, он поклялся себе, что непременно разыщет Кейт и скажет ей те слова, которые не решался сказать в свое время: выходи за меня.

Целых три месяца он надеялся и мечтал, и строил планы…

И вот он тут, а Кейт — нет. И что — теперь?

— Итак? — проговорила Гэби, глядя на Чарли сверху вниз. Она пришла в больницу проведать его. — И стоило оно того?

— Что именно? — Чарли не нужна была группа поддержки, и он предупредил об этом медсестру, которая с тех пор запрещала приходить в его палату непрошеным гостям. После бесплодных поисков он наконец вернулся в Лос-Анджелес и снова оказался в больнице.

Гэби никогда не слушает медсестер. Она уверена, что знает все лучше других. И вот теперь она склоняется над Чарли, как светлый ангел милосердия.

— Я о тех фотографиях, которые ты отснял!

Он отвернулся к стене.

— Я не снял ни единого кадра.

Наступила жуткая тишина. Гэби уставилась на Чарли.

Как такое возможно? Да Чарли жил только ради фотографий! И если он не снимал, это все равно что он умер.

— Тогда зачем ты туда поперся, скажи мне на милость?

Когда-то давно Чарли наверняка бы ответил: «Ни за чем» и тем самым пресек попытки Гэби залезть в его душу. Но с тех пор он стал другим человеком. Его взгляды на жизнь изменились. Кроме того, он был слишком слаб, чтобы протестовать и выдумывать нелепую ложь.

— Я кое-кого хотел найти, — пробормотал он.

О Кейт Чарли никогда никому не рассказывал, даже самым близким — Чейзу и Джоанне Вайтлоу, его приемным родителям. Возможно, сейчас он бы и рассказал, но их тут не было.

Чейз и Джоанна уехали с детьми путешествовать по Европе. Это была давно запланированная поездка. Чарли собирался поехать с ними, они должны были встретиться в Афинах, но Чарли ранили, и он оказался в больнице.