Диана старалась соответствовать возросшему статусу мужа. Тяжелая работа (несмотря на уговоры мужа, уходить из больницы она не думала), диета и нежелание отдавать домашнюю работу в чьи-либо руки, позволяли ей выглядеть безупречно. Мужчины посматривали в ее сторону, особенно коллеги по работе, с которыми ей приходилось общаться едва ли не чаще, чем с вечно занятым мужем, но холодный и безразличный взгляд Дианы сразу давал понять — никаких шансов нет.

— Завтракать! — весело кричала она мужу каждое утро.

Приготовление вкусной и разнообразной еды доставляло ей сущее удовольствие. Хороший завтрак, обед и ужин стали чем-то само собой разумеющимся.

Естественным было и то, что ухоженный и холеный Брайан располнел.

К тридцати двум у него появился животик, и, не в силах преодолеть страсть к выпечке, которой его баловала Диана, он часто перед сном страдал от коликов. И тогда, лежа в постели и прижимаясь к мужу, Диана не без удовольствия принималась ласково и умело поглаживать его по животу, помогая избавиться от неприятных ощущений. Не без удовольствия — потому что практически всегда это заканчивалось ответными ласками и бурным сексом. Иногда ей казалось, что Брайан намеренно притворяется, чтобы снова поиграть в «доктора».

Вскоре Брайан уговорил Диану переехать в Хьюстон. Твердил, что в Сиэтле ему стало слишком тесно. Говорил, что его тянет в теплые края. И это несмотря на ирландскую кровь? — удивлялась Диана, но в конце концов согласилась. Во-первых, потому что любила мужа, во-вторых, дядя Джек, за которым раньше нужен был пригляд, наконец отошел от переживаний по поводу смерти жены, бросил пить и даже сошелся с пожилой цветочницей с соседней улицы, чему Диана была несказанно рада.