
Диана искала помощи у психиатров, поскольку была уверена, что болезнь, произошедшая на фоне психологической травмы, все-таки спровоцировала какие-то нарушения в мозге ребенка и привела к такому результату. Местный светило, доктор Холли не нашел у ребенка каких-то страшных изменений.
— Ну-ка, братец, давай пообщаемся, — начал он разговор.
Джей хитро посмотрел на него и показал язык. В ответ доктор Холли показал свой. Оба захихикали и в одну минуту стали друзьями.
— Что это? А это? — Доктор показывал Джейсону картинки, просил называть предметы, разбирал с ним паззлы.
В речи мальчика иногда проскальзывали нормальные слова.
— Ты маму любишь?
— Да! — совершенно отчетливо ответил Джейсон, а потом снова принялся урчать и мычать.
И доктор дал рецепт, который Диана и без того хорошо знала: ласка и любовь. Позже он отмечал стойкую тенденцию к выздоровлению: у Джейсона все чаще наблюдались периоды забывчивости о том, что он робот.
Потом пришла другая беда — поначалу Лиза всячески принимала участие в судьбе Джейсона, а потом вдруг стала ревновать к брату, которому Диана уделяла повышенное внимание. Со свойственной подростковому возрасту категоричностью она заявила, что Джейсон лишает ее права на материнскую ласку, а значит, она должна платить ему той же монетой.
