– Мэг, почему это ты сидишь на коленях у мистера Паркера-Рота?

Мисс Петерсон тихо застонала и спрятала лицо у него на плече.

Леди Беатрис рассмеялась:

– А, понятно… Юная любовь… или юная похоть, да? Ну конечно, сейчас ведь весна. Птички, пчелки и все такое прочее. Думаю, нам нужно планировать свадьбу, ты ведь со мной согласишься, Сесилия?

Губы его матери медленно раздвинулись в улыбке.

– Думаю, ты права, Беа. Давай…

– Что тут происходит?

Матушка и леди Беатрис обернулись, чтобы посмотреть, кто задал этот вопрос. В следующую секунду в поле его зрения появилась низенькая пухленькая женщина в очках с вьющимися темно-каштановыми волосами. Она неприветливо посмотрела наледи Беатрис.

– Леди Палмерсон сказала, что Мэг… – Тут она заглянула в комнату.

Рот у нее открылся, а глаза округлились.

– Ой, нет! – Мисс Петерсон обернулась, чтобы посмотреть на вновь пришедшую женщину. – Что Эмма делает в Лондоне?

– Эмма – это ваша сестра Эмма, маркиза Найтедейл?

– Да. – Она снова уткнулась лицом в его рубашку. – Это наверняка кошмарный сон!

Он вынужден был с ней согласиться. У женщины, которая протискивалась в комнату мимо леди Беатрис, был такой вид, будто она собирается отрезать ему яйца шпилькой для волос.

– Убери руки от моей сестры, негодяй!

Он положил было руки на подлокотники кресла, но тут мисс Петерсон попыталась обернуться лицом к сестре. Он успел схватить ее прежде, чем она сдвинулась хотя бы на дюйм.

– Ты не так одета, чтобы показываться людям! – прошептал он, продолжая следить за маркизой.