Ему хотелось надеяться на то, что та не станет на самом деле нападать на него, вооружившись шпилькой, но вид у нее был такой, словно она готовится перепрыгнуть через кушетку и наброситься на него.

– Ты. что, меня не слышал?

Маркиза сделала шаг по направлению к нему.

– Минутку!

Его матушка отработала эту интонацию на шестерых детях. Сестра мисс Петерсон моментально остановилась.

– Это моего сына вы сейчас назвали негодяем. – Матушка встала прямо перед маркизой. Она была на пару дюймов выше сестры мисс Петерсон, зато леди Найтедейл была фунтов на пятнадцать тяжелее и лет на двадцать моложе. Однако матушка была не из тех, кто легко сдается, особенно если под угрозой оказался кто-то из ее детей. Если они схватятся, то победительницу предсказать будет трудно.

– А это мою сестру ваш хам-сыночек сейчас лапает!

– Мне нужно поднять ту шаль! – пробормотала мисс Петерсон.

– Да, я совершенно с вами согласен. Как вы думаете, вы не могли бы попросить, чтобы ваша сестра вам ее подала? – Мисс Петерсон снова оглянулась.

– Похоже, она сейчас занята. Она не причинит вреда вашей матери?

– Она ведь ваша сестра. Откуда мне знать? – Он нахмурился. – Мне надо за нее тревожиться?

Мисс Петерсон прикусила губу.

– Эмма стала… э-э… более откровенной после рождения Чарли и Генри.

– Великолепно!

И что ему теперь делать? Сбросить мисс Петерсон на пол и самому перепрыгнуть через кушетку, чтобы встать между этими женщинами?

К счастью, ему не пришлось ничего предпринимать.

– Тетушка Беатрис, что… – Маркиз Найтсдейл, массивным мужчина с военной выправкой, перешагнул порог комнаты. – Эмма, в чем дело? Кто эта женщина, которую ты готова испепелить взглядом?

– Не знаю, как ее зовут. Она мать этого мужчины. – Она указала на Паркса. Ее ядовитый тон не оставил ни у кого из присутствующих сомнений в том, какие чувства она испытывает.

Маркиз посмотрел на него и, иронически выгнув бровь, спросил: