Лилиан остановила машину на бетонной площадке перед гаражом. Радостно залаяли собаки, запертые на время ее отсутствия за проволочной загородкой на заднем дворе. Лилиан окликнула их, дав возможность окончательно убедиться, что это все-таки их хозяйка, а вовсе не грабитель. Она вылезла из кабины, открыла двери гаража и, вновь сев за руль, загнала фургон внутрь. Бедная машина и так дышала на ладан, а тут еще град, который несла с собой, судя по слухам, следующая гроза.

Гараж освещала свисавшая с потолка лампочка. Накинув на плечо ремешок сумки, Лилиан вылезла из машины.

Ах, да. Брезент. Надо вытащить его наружу. От него так воняло, что Лилиан не расстроилась бы, даже если бы его изорвало в куски градом или ветром унесло в Техас. Больше она никогда ничего не станет одалживать отцу для поездки на озеро.

Обогнув фургон, Лилиан открыла заднюю дверцу, схватила за угол кусок брезента и потянула его на себя.

Вдруг из-под брезента появилась огромная окровавленная рука и отбросила его прочь.

Несколько коротких, показавшихся ей вечностью мгновений Лилиан молча смотрела на возникшего перед ней незнакомца. Затем она закричала.

На заднем дворе остервенело залаяли собаки.

Мужчина пошевелился. Лицо его скрывала полутьма, царившая внутри фургона, но Лилиан все же успела разглядеть, что по лбу его стекает струйка пота, а влажные волосы прилипли к голове.

– Не бойтесь, – мужчина поднял руку ладонью вперед. – Я ничего вам не сделаю.

Словно очнувшись от звуков его голоса, Лилиан подхватила с пола монтировку и замахнулась ей, словно бейсбольной битой.

– Вы правы, мистер, вы ничего мне не сделаете.

Окровавленная рука мужчины упала на брезент.

– Черт побери, леди, это не лучший выход.

Лилиан попыталась сглотнуть, но в горле у нее пересохло. Мгновение спустя она словно издалека услышала собственный голос: