– Что? – Лилиан непонимающе смотрела на Трейса.

– Вашу сумочку. – Трейс показал дулом револьвера на то, что просил. – Я имею в виду тот большой белый мешок, который висит у вас на плече и выглядит так, будто в нем лежит половина всего, чем вы владеете. Дайте его сюда.

Лилиан поглядела на свисавшую с плеча сумку, словно не понимая, что это такое, и осторожно протянула ее Трейсу. Наверное, она была все же не так спокойна, как хотела казаться.

Не опуская револьвера, Трейс порылся в ней и нашел ключи от машины, которые положил в левый передний карман джинсов.

– Это на случай, если вам вдруг придет в голову покататься.

Затем Трейс указал на дверь, ведущую из гаража в дом, и потащил Лилиан через кухню и чулан по коридору в ванную. То, что он увидел внутри дома, навело его на мысль, что Лилиан либо жила под чьим-то тяжким гнетом, либо была помешана на чистоте. А возможно, и то и другое. Все в доме – пол, шкафчики на кухне, электроприборы, столы, мебель – сияло чистотой, так что больно было смотреть. Даже газеты нигде не валялись.

Добравшись наконец до столь же безукоризненной ванной с ковриками и полотенцами в персиковых и зеленых тонах, Трейс закрыл дверь и прислонился к ней с тяжелым вздохом.

– Мне надо помыться и сделать перевязку.

Оказавшись в маленькой ванной один на один с незнакомцем, Лилиан вдруг почувствовала, что задыхается. И дело было не только в запахе рыбы. Она никогда не была в ванной с мужчиной, тем более с мужчиной, направлявшим на нее револьвер. Руки Лилиан дрожали. Посмотрев на револьвер, она сглотнула слюну. А переведя взгляд на кровавое месиво под его правой рукой, Лилиан почувствовала, что ей снова не хватает воздуха.

– Вы, – Лилиан запнулась. – Вам придется снять пиджак и… рубашку.

Стоя у двери с полузакрытыми глазами, Трейс улыбнулся.

– Ну вот, мисс Лили, а я уже испугался, что вы никогда не попросите меня об этом.

– Прекратите! – закричала она. – Уж на что невыносимы мои шутки, но ваши еще к тому же и не смешны.