— Что вы подразумеваете под странными вещами?
Фурудатэ внимательно посмотрел в лицо Киндаити.
— Думаю, вы уже кое-что заподозрили. Вчера, например, как я слышал, что-то странное случилось на озере.
Киндаити дернулся.
— Лодка…
— Да. Как я слышал, вы осмотрели лодку.
— Осмотрел. Кто-то пробуравил дырку в днище и заткнул ее чем-то вроде замазки. Значит, эта женщина, Тамаё, упомянута в завещании?
— Да. Она в нем центральная фигура. Судьба наследства Инугами полностью в ее руках. Пока она жива, она одна может решить, кто унаследует семейное состояние.
Воспоминания о вчерашней красавице нахлынули на Киндаити. Какую участь Сахэй Инугами уготовил этой женщине редкостной красоты, этому ослепительному божеству? Мысленным взором Киндаити снова увидел лодку, быстро тонущую в свете послеполуденного солнца, в лодке Тамаё, отчаянно машущую руками — и огромную, призрачную темную руку, угрожающе маячащую позади нее.
Возвращение Киё
Первого ноября 194… года. Миновало две недели, как Киндаити прибыл сюда. С самого утра город Насу, приютившийся на берегах озера Насу в округе Синсю, полнился зловещим шепотом. Новость распространилась по всему городу: Киё Инугами, вероятный наследник престола Инугами, который по неизвестным причинам задержался в Токио после репатриации из Юго-Восточной Азии, наконец-то вернулся вчера поздно вечером в Насу со своей матерью Мацуко, которая ездила встречать его.
Благосостояние Насу полностью зависело от судьбы клана Инугами. Если клан процветал, процветал и город. В прошлом убогая приозерная деревня в горной местности, изнуренная плохим климатом и постоянными недородами, Насу стала городом с населением более ста тысяч человек только потому, что клан Инугами с его огромным капиталом когда-то посеял в эту почву свои семена. Семена проросли, всходы потянулись вверх и расцвели, и вся округа тоже расцвела, дав начало теперешнему состоянию Насу.