Если по приезде вы соблаговолите позвонить мне по номеру «Юридической конторы Фурудатэ», указанному на этом конверте, я немедленно встречусь с вами. Коленопреклоненно умоляю не пренебречь моей просьбой.
С наилучшими пожеланиями, Тоёитиро Вакабаяси.
P.S. Прошу вас хранить содержание этого письма в полнейшей тайне.
Письмо было написано неловко, будто человек, привыкший к канцелярскому стилю, очень старался перейти на разговорный. Даже Киндаити — а его мало что могло привести в смятение — даже он был сильно озадачен, прочитав это послание. «Я не сумасшедший», написал автор письма, но все говорило о противоположном. Поначалу Киндаити даже подумалось, не шутка ли все это.
Слова «угроза кровавых инцидентов» и «члены этой семьи один за другим могут стать жертвами» означали, что пишущий предполагает серию убийств. Но если так, откуда ему это известно? Человек, замышляющий убийство, не стал бы разглашать своей тайны, да и убийство, если кто-то и замыслил его, совершить не так-то просто. Полная уверенность автора в том, что предполагаемые преступления обязательно произойдут, придавала его словам оттенок безумия.
Хорошо, допустим, что такой план действительно существует и этот Вакабаяси что-то о нем узнал. Почему бы ему в таком случае не сообщить об этом потенциальным жертвам? Предположим, он не считает возможным заявить в полицию, поскольку преступление еще не совершено, однако предупредить тайком тех несчастных, кого он считает потенциальными жертвами, безусловно, мог бы. Если по какой-то причине он не может переговорить с ними лично, есть ведь и другие способы — например, анонимные письма.