Едва служанка ввела его в устланную татами комнату на втором этаже, откуда открывается вид на озеро, Киндаити немедленно схватил телефон и попросил оператора дать внешнюю линию.

— Да, значит, через час. Прекрасно. Буду вас ждать. — Он положил трубку и оглянулся на служанку. — Я жду кое-кого, примерно через час. Когда он придет и спросит меня, пожалуйста, проводите его в эту комнату. Моя фамилия? Киндаити.

Наскоро омывшись в гостиничной ванне, Киндаити вернулся в свой номер. Потом, хмурясь, вынул из портфеля книгу и письмо. Книга эта — «Биография Сахэя Инугами», изданная Фондом Инугами в прошлом месяце, письмо же — от человека по имени Тоёитиро Вакабаяси из «Юридической конторы Фурудатэ» в Насу.

Киндаити вытащил кресло на балкон, выходящий на озеро, и принялся листать уже сильно замусоленные страницы книги. Потом, отложив ее, вынул из конверта и заново перечитал вот такое странное письмо:

Уважаемый господин Киндаити,

с великим сожалением я, не имевший до сих пор удовольствия быть с вами знакомым, беспокою вас столь неожиданным посланием, но есть некие обстоятельства, принуждающие меня обратиться к вам с просьбой. Речь идет, в частности, о ныне живущей семье не кого иного, как Сахэя Инугами, чью биографию беру на себя смелость прислать вам в отдельном конверте. Меня крайне тревожит то, что в ближайшем будущем клан Инугами может оказаться в великой опасности. Под великой опасностью я имею в виду угрозу кровавых инцидентов, которые, как я полагаю, относятся к сфере вашей профессиональной деятельности. Мысль о том, что члены этой семьи один за другим могут стать жертвами, эта мысль не дает мне уснуть по ночам. На самом деле речь идет не о будущем — все уже происходит в настоящий момент.