В Иерусалиме сражались даже дети. И погибали наравне со взрослыми…

Нет, нет, нельзя об этом думать, прочь из головы дурные мысли!

Рауль ел, когда бывал голоден; пил, когда ему хотелось пить; забавлялся с женщинами, когда испытывал в том нужду. Он напоминал Галерану, чтобы тот вовремя утолял жажду и голод, и постоянно подшучивал над его целомудрием.

— Всем известно: долго хранить семя для мужчины вредно, — наставительно говорил он.

— А как же монахи?

— Им господь дает особое благословение.

— Ну так, значит, и крестоносцам господь дает такое же благословение.

— Но мы ведь не должны умерщвлять плоть воздержанием. Господь знает, что это ослабило бы нас.

— То есть я, по-твоему, слаб?

Раулю оставалось лишь рассмеяться, ибо, уступая другу в росте и весе, Галеран часто побивал его в поединках. Правда, в рукопашном бою Рауль был сильнее, и все же Галеран порой одерживал над ним верх.

Рауль для Галерана был еще одним божьим даром. Они вместе служили под началом герцога Роберта Нормандского

Рауль де Журэ родился и вырос на юге Франции, в теплом и изобильном краю. К воинству Готфрида он присоединился, влекомый отнюдь не благочестивым порывом, но жаждой приключений. Насколько мог судить Галеран, для Рауля пребывание на земле, по которой ступала нога Христа, не имело особого духовного значения. Когда они освободили Вифлеем, Рауль не пал на колени, подобно Галерану и другим, а лишь окинул спокойным взглядом лачуги с маленькими двориками, где кудахтали куры, разгуливали козы и копошились в пыли чумазые ребятишки, и заметил, что не ожидал найти место рождения Спасителя нашего столь заурядным.