— Значит, он очнется?

Она боялась, что он может просто умереть, не приходя в сознание. Она знала, что такое бывало.

Доктор пожал плечами:

— Трудно сказать, когда имеешь дело с травмой головы, В любом случае его нельзя перемещать, пока не придет в себя. Я так и скажу викарию. — Заметив ее удивленный взгляд, он объяснил: — Преподобному викарию не нравится, что он остается здесь. Ему не понравилось содержимое его багажа.

— Багажа?

— Чтобы установить личность владельца, он, сами понимаете, был вынужден проверить содержимое дорожной сумки, притороченной к седлу. То, что там находилось, было самого высокого качества, что дает основание полагать, что молодой мужчина является джентльменом, и я с ним согласен. Но никаких документов там не было, и не было никакого ключика к установлению его личности. Однако преподобный викарий был потрясен отсутствием там одного предмета, что, как он утверждает, говорит о характере этого человека.

— Каким же образом? — спросила удивленная Мэдди. — Какого предмета не хватало?

— Ночной сорочки,— сдержанно сказал доктор. Если верить преподобному Матесону, молодой человек, отправляющийся в путь, не имея при себе ночной сорочки, явно распутник. — Доктор презрительно фыркнул. — Но я вижу, в чем тут дело. Незамужняя девушка вроде вас не должна находиться без дуэньи под крышей своего дома вместе с незнакомым молодым мужчиной. Однако я, как врач, не рекомендую перемещать его куда-либо, потому что это поставит под угрозу его выздоровление. Лучше подождать, пока он придет в себя и сможет садиться без посторонней помощи.

— Я не возражаю, — заверила его Мэдди. — А что касается дуэний, — она жестом указала на ребятишек, — то у меня их пятеро. Говоря откровенно, такие вещи меня больше не волнуют.