- Могу я узнать, почему именно меня вы выбрали для этой работы? Почему не кого-нибудь еще?

Ее глаза были опущены, и она не заметила, как старые джентльмены переглянулись, словно испытывая неловкость, как будто они предвидели этот вопрос и надеялись, что она его не задаст. И еще в этом обмене взглядами была какая-то неясная тревога.

- Почему именно меня? - повторила Марта, ничего не заметив.

- Я отвечу вам, - быстро ответил мистер Мак-Ивор. - Из-за вашей статьи в "Любителе древностей". У вас есть воображение, знания и способности.

- Но я же не нашла эвелмской чаши, - напомнила Марта. - Всего лишь поразмышляла, что могло с нею статься...

- Отлично и замечательно, - в очередной раз рассердился мистер Мак-Ивор. - Я больше ничего от вас и не хочу. Поезжайте в Германию и поразмышляйте там. Поразмышляете две недели и возвращайтесь домой. Ничего так ничего. Но представьте, - голос его провокационно смягчился, представьте себе, что вы вернетесь с каким-то новым фактом, откроются неизвестные обстоятельства, и вдруг этот факт, эти обстоятельства приведут нас к цели! - Он подзадоривал ее, хитрый старик, приманивая мечтой любого историка: найти утерянное сокровище, чтобы ахнули ученые двух континентов! Момент настал - надо либо соглашаться, либо отказываться. Марта раздумывала еще лишь долю секунды.

- Ну, - не очень уверенно произнесла она, - если вы настаиваете, я могу попробовать.

- Браво! - воскликнул мистер Мак-Ивор и закашлялся от перевозбуждения.

- Великолепно, великолепно, - вторил кашлю мистер Брезертон.

- Мисс Хевенс, - едва отдышавшись, прохрипел мистер Мак-Ивор и строго уставился на нее. - Перестаньте сомневаться. Вы недооцениваете бесконечную способность к выживанию, свойственную материальным объектам. Керамика, обрывки тканей и даже бумаги могут храниться тысячелетиями. А что они в сравнении с камнем? Да-да, вещи живут веками! Боже мой, даже самая непрочная материя, - в слабом голосе зазвучала рьяность энтузиаста, усевшегося на любимого конька, - человеческая плоть, даже она поразительно долговечна.