В углу больничной палаты в белом кресле спал дядя Дик. Ее дядя Дик. Собственно, он ей был вовсе не родственник, но последние двадцать лет она привыкла звать его дядей Диком. Настоящий дядя вряд ли смог бы сделать для нее больше.
Сэнди осторожно поднесла к глазам руку. Тощую бледную лапку с неряшливо и коротко подрезанными ногтями. Рукав больничной ночнушки задрался, и Сэнди подумала: хорошо, что шрамов уже почти не видно. Плохо, что нельзя загорать — доктор говорил, что как раз тогда все шрамы проявятся очень быстро.
Правда, сейчас ее волновали вовсе не шрамы. Сэнди облизала шершавым языком потрескавшиеся губы и напрягла связки.
— Дя… дя… Дик!
Писклявое мяуканье охрипшего котенка вот на что это было похоже. Однако дядя Дик мгновенно проснулся и кинулся к ней.
— Солнышко мое! Ты очнулась? Сэнди…
Глухой, надтреснутый голос. Сэнди ошеломленно смотрела на дядю Дика, впитывая новые ощущения. Впервые за двадцать лет она слышала его голос…
Двадцать лет назад пожарные чудом нашли и вытащили из пылающего особняка на Змеином острове пятилетнюю девочку Сэнди. Ребенок получил сильнейшие ожоги и наглотался дыма, но выжил. В огне пожара погибла мать Сэнди, Лорена Кроуфорд, а сам пожар случился… случился…
Из-за отца Сэнди.
Джон Кроуфорд, молодой и талантливый — возможно, что и гениальный — химик производил опыты в своей домашней лаборатории. Был сильный взрыв. Дом загорелся — подозрения полиции были вполне оправданны — сразу по всему периметру. Находившиеся в доме были обречены, это ясно. Лаборатория же располагалась в специально оборудованном подвале, там стены были проложены асбестом и обшиты специальным пластиком, негорючим, да и система пожаротушения была самой современной…
Кроме того, останков самого профессора Кроуфорда обнаружено не было. Вообще!
Одним словом, через полгода тщательного расследования полиция штата пришла к выводу, что Джон Кроуфорд сам устроил взрыв и пожар в собственном доме, в результате которого погибла его жена и едва не погибла маленькая дочь, после чего скрылся в неизвестном направлении.