- Даллас! Я закончил проверку телефонных контактов и текущих личных памяток вашего покойника.

- Тогда почему твой отчет все еще не у меня на столе? - сухо спросила Ева.

- Просто я подумал, что вы сначала захотите посмотреть материал из его домашнего кабинета, - дружелюбно ответил Макнаб и, положив перед Евой диск, присел на угол стола. - А что поделывает наша Пибоди?

- Собирает для меня информацию. Неужели ты до сих пор не понял, что неинтересен ей, дружище?

Макнаб пожал плечами.

- А кто говорит, что она мне интересна? Она ведь все еще встречается с Монро, или как?

- Мы с ней это не обсуждаем, Макнаб.

Они понимающе переглянулись: оба не разделяли симпатий Пибоди к этому человеку, который умел быть приятным, только когда ему что-то нужно.

- Да я так просто, из чистого любопытства... - пробормотал Макнаб.

- Тогда спроси ее сам.

Про себя же Ева добавила: "И расскажи потом мне".

- Я ее иногда спрашиваю, и это дает ей возможность лишний раз порычать на меня. Кстати, у нее прекрасные зубы.

Макнаб поднялся и сделал несколько шагов по тесной коробке кабинета Евы. Он безнадежно опоздал на свидание с одной из консультанток космического агентства, и вероятность того, что она согласится когда-нибудь еще встретиться с ним, таяла с каждым часом. Впрочем, "мисс Космос" уже начала ему надоедать, хотя раньше это трудно было представить, стоило вспомнить, как она выставляла напоказ свои прелестные груди в чем-нибудь прозрачном и серебристом. Макнаб даже пытался искусственно накачать себя энтузиазмом, но у него ничего не вышло. Его мысли постоянно возвращались к некой колючке, девушке-копу в накрахмаленной униформе. Что же у нее, черт возьми, было там, под униформой? Его снедало любопытство, от которого он никак не мог отделаться. В конце концов Макнаб пришел к выводу, что слишком много времени проводит дома один, перед экраном. И тут ему в этой связи вспомнилось: