К тому времени, когда ей наконец удалось уговорить брата сделать остановку, чтобы выпить чего-нибудь горячего и перекусить, Пибоди решила, что необходимо очертить Заку какие-то конкретные "рамки дозволенного". Ведь он будет распоряжаться свободным от работы временем как ему заблагорассудится, но в нем, двадцатитрехлетнем мужчине, сидела неуемная наивная энергия любознательного, беззащитного пятилетнего ребенка. Пибоди опасалась, что в условиях Нью-Йорка это сочетание могло сыграть роковую роль.

- Зак, - начала Пибоди, грея пальцы о кружку горячего чечевичного супа, - нам нужно поговорить о том, чем ты будешь заниматься, пока я на службе.

- Буду работать над заказом, - пожал плечами Зак.

- Видишь ли, я иногда задерживаюсь на службе допоздна. - Пибоди сделала неопределенный жест. - У тебя останется много времени на себя, поэтому...

- Тебе не нужно беспокоиться обо мне, - улыбнулся он. - Я давно вырос из коротких штанишек.

- Но ты никогда раньше не бывал здесь!

Зак вздохнул и посмотрел на нее тем взглядом, каким обычно смотрят на занудливых сестер уставшие от их нотаций младшие братья:

- Я ношу деньги в нагрудном кармане. Я не заговариваю с людьми, которые катают тележки с электронными браслетами и карманными компьютерами. Я не собираюсь играть в карточные игры, которые устраивают на Пятой авеню, даже если эти игры кажутся просто забавой.

- Ни в коем случае! Ты всегда проиграешь.

- Конечно. А все равно это выглядит забавно! - Зак бросил на сестру озорной взгляд, но, увидев хмурую складку у Пибоди на лбу, решил больше не подтрунивать над ней. - И я не завожу разговоров в подземке.

- И никаких бесед с лохотронщиками! Зак, пойми, я не жду, что ты будешь запираться в квартире на все свое свободное время. Я только хочу, чтобы ты был осторожен. Это огромный город, и он ежедневно пожирает наивных людей. Мне не хочется, чтобы ты оказался одним из них.

- Я буду осторожен.