"М-да. Проще простого". Ева еще раз задумчиво посмотрела на женщину и поднялась.

- Мисс Кук, сейчас вас отвезут в Центральное управление полиции. У меня еще будут к вам вопросы.

Лизбет неторопливо проглотила остатки кларета, отодвинула бокал и послушно встала.

- Я только надену шубу.

Пибоди качнула годовой, глядя, как Лизбет набросила поверх окровавленного шелка длиннополое манто из черной норки и удалилась в компании двух полицейских с видом женщины, отправившейся на очередную светскую вечеринку.

- Надо же! Все в ажуре. Она привинчивает своего любовника к стенке, а потом подносит нам дело на блюдечке. - Пибоди все еще не могла оправиться от удивления.

Ева извлекла из кармана кожаной куртки "походный набор", который брала с собой при выездах на место преступления, и тщательно вытерла руки тампоном с раствором. Теперь должны были завершить свою работу "чистильщики" - бригада, которая покидала место преступления последней, ставя его под охрану. Ева и Пибоди направились к лифту.

- Нам не удастся посадить ее по обвинению в убийстве с отягчающими обстоятельствами, - вздохнула Ева. - Бьюсь об заклад, через пару суток обвинение скостят до статьи о непредумышленном убийстве.

- Непредумышленном?! - Пибоди изумленно уставилась на нее. - Бросьте, Даллас, это невозможно!

Ева посмотрела в честные темные глаза на серьезном лице своей помощницы и почти пожалела, что вторглась в чужое непоколебимое доверие к системе.

- Увы, возможно. Если дрель действительно принадлежала жертве, значит, Кук не приносила орудие убийства с собой. Уже одного этого достаточно, чтобы оспаривать преднамеренность. Сейчас в нашей даме играет гордыня, замешанная на приличном запасе сумасбродства. Но спустя несколько часов, проведенных в камере, в ней проснется инстинкт самосохранения, и она начнет защищаться. Бабенка крутая. Стало быть, и защищаться будет круто.