— Давайте я сперва покажу вам вашу комнату, — предложил он мне, — а потом потолкуем об обязанностях горничной. Багаж у вас с собой?

— В машине, — ответила я. — Где мне припарковаться?

Он протянул руку за ключом от моей машины. — Я отгоню вашу машину за дом, чтобы ее не блокировали, когда все съедутся сюда к вечеру. И внесу ваши чемоданы.

Он ушел, а я начала ровно и глубоко дышать, как учил меня Стюарт, когда готовил к бегу на дистанцию, которая меня пугала. Теперь мне предстояло бежать по куда более пугающему маршруту.

Фотография, изображавшая Джулиана Мак-Кейба, чем-то меня привлекала, и я снова принялась ее изучать. Лицо лыжника скрывалось за горнолыжными очками, но хорошо виден был твёрдый подбородок, известный мне по другим фотографиям Мак-Кейба. Видно было и то, как четко скоординированы все его движения, что позволяло Мак-Кейбу, меняя наклон мускулистого тела, столь легко преодолевать ворота слалома. Судьба Стюарта во многом зависела от этого человека. Если Джулиан, вернувшись домой, встанет на сторону Стюарта, все упростится. Но с самого начала, когда, Стюарт был заподозрен из-за диких обвинений Эмори Ольта, Мак-Кейб за него не заступился. Только отсутствие доказательств не позволило выдвинуть против Стюарта обвинение; Джулиан уехал в Мэн, не сказав ни слова моему брату.

Я услышала шаги мистера Дэвидсона на пороге и отошла от снимка. Он вошел с моей сумкой и чемоданом и провел меня через вращающуюся дверь в гостиную. Я быстро осмотрела длинную комнату, в дальнем конце которой находился камин с широким каменным дымоходом. Вся гостиная была заставлена диванами и рядами стульев; здесь станет тепло и уютно, когда в камине заиграет пламя.