Но он отступил, и веселые искорки мигом исчезли из глаз, оставив обыденное равнодушно-скучающее выражение.

— Благодарю вас, — церемонно отказался Джас, — но у вас много работы. Мне тоже не хотелось бы сидеть без дела.

Блайт наклонилась и, протянув ему цветок в горшочке, выпалила:

— Возьмите. Этот сорт называется «Музыкальная шкатулка». Все, что ему надо, это своевременный полив и солнце.

Джас принял горшок и повертел его в руках.

— Если вам что-то нужно в Окленде… — предложила Блайт.

— Ничего не надо, спасибо.

— По дороге могу захватить вашу почту. Хотя, вы, может быть, сами планируете ехать в город…

— Если будет что-то на мое имя, привозите, — ответил Джас после паузы.

— Обязательно, — заулыбалась Блайт, радуясь, что он не отказался.

— Еще раз спасибо. Я о нем позабочусь. — Джас кивнул на цветок.

Даже если нет, невелика потеря, подумала Блайт.

На следующий день, ближе к вечеру, когда усталое солнце клонилось к закату, Блайт вышла из дома и поспешила в соседний коттедж, держа в руке пухлую пачку почтовых конвертов.

Джас сидел в кабинете за столом, но, увидев в окно Блайт, встал и пошел открывать дверь.

— Ваша почта, — сказала она, протягивая конверты.

— Благодарю. — Он помолчал, а потом поинтересовался: — Как ваши успехи?

Ее восторг и возбуждение прорвались наружу:

— Я получила кучу заказов!

— Вы угадали, занявшись подсолнухами.

— Надеюсь. Теперь я знаю, что могу всегда их продать, но следует накупить больше семян других, более поздних видов. Есть у меня кое-что на примете, называется «Осенняя прелесть». Звучит заманчиво, правда? Но, с другой стороны, — засомневалась Блайт, — я понимаю, что нельзя зацикливаться на одной культуре. Я уже посеяла лаванду… и может, мне удастся продавать ее непосредственно в цветочные магазины, как подсолнухи?