— Привет, Дон, — с усмешкой протянул Мэтт Харн.

«Вряд ли он испытывает симпатию к Дону, — подумала Бьянка, — да и с чего бы? Мэтт Харн создал собственную компанию, а Дон пытается ее отнять. Дружбой тут и не пахнет».

Секундой позже Дон представил Бьянку. Мэтт протянул ей руку. Его ладонь была прохладной, пожатие — крепким, но быстрым.

Бьянка видела его на фотографиях, но не ожидала, что он произведет на нее такое сильное впечатление.

У него было… Бьянка задумалась, подыскивая верное слово, и выбрала обаяние. Да, именно так. Оно светилось в его ярких, голубых, насмешливых глазах. Этот человек умеет притягивать к себе людей и обладает отточенным, как бритва, умом.

Бьянка всегда остро чувствовала это мгновение — первую секунду поединка, первый взгляд на противника поверх обнаженных мечей.

Иногда сразу ясно, кто победит.

Но не с этим мужчиной. Он не станет играть в поддавки.

Мэтт представил своих коллег, и они обменялись с Бьянкой рукопожатиями.

Покончив с формальностями, все уселись, и к столику подошел официант.

— Что будешь пить, Бьянка? — вежливо поинтересовался Дон. Он чувствовал себя хозяином положения, потому что сам оплачивал этот обед. Дон не упускал ни малейшего преимущества при заключении сделок. Он был игроком, человеком с острым, быстрым, хватким умом и каменным сердцем.

Видя, что Бьянка колеблется, Дон предложил:

— Как насчет шампанского? Для всех, быть может? — Он кивнул официанту, и того как ветром сдуло.

— Как поживает твоя жена, Дон? Я виделся с ней пару лет назад на вечеринке, — мягким, протяжным голосом произнес Мэтт Харн.

— Правда? — равнодушно переспросил Дон. — А меня там не было?

— Нет, — ответил Мэтт, зачем-то взглянув на Бьянку. — Тебя не было. Наверное, был занят где-нибудь в другом месте?

Бьянка замерла. К чему этот многозначительный тон? На что он намекает?