— Я собирался быть у тебя завтра, но здесь так много дел. Я был занят… формальностями, — сказал он мрачно.

Она могла себе это представить: бумаги, законодательно удостоверяющие смерть… Энджел снова помолчала, стараясь осознать масштабы того, о чем узнала. Невероятно. В смерть мужа совершенно невозможно поверить.

Энджел закрыла глаза и вспомнила долгое, жаркое лето. Ирландская девочка, совсем одна в Лондоне, работает няней в стерильно чистом, но неприветливом доме. Энджел почувствовала себя тогда как рыба, выброшенная из воды на горячий песок. Но она не хотела признавать свое поражение и возвращаться домой, к вечно уставшей матери и к шестерым братьям, которые пальцем не шевельнут, чтобы хоть что-нибудь сделать самим.

Безрассудный Чад Мандельсон вошел в ее жизнь словно луч солнца. Чад не верил в проблемы; он только пожимал плечами и на всех и каждого смотрел с беззаботной улыбкой, которая покоряла всех женщин вокруг. Покорила она и Энджел. Он был из тех молодых людей, кого в Ирландии назвали бы соблазнителем, но во враждебном мире большого города для Энджел это не имело значения. Для нее он был словно скала, за которой она укрылась в непогоду.

Он был невезучим плохим актером, обожаемым своей старенькой мамой. Чад совсем не походил на сурового и строгого старшего брата. Глядя на них, было трудно поверить, что это одна плоть и кровь. Чад и Энджел встретились вскоре после смерти его мамы. От горя Чад не находил себе места. Позже девушка поняла, что именно поэтому он тоже привязался к ней. Им обоим требовалась поддержка. И они нашли ее друг в друге.

А теперь Чад погиб.

Энджел пыталась понять весь ужас этих слов. Темные мысли роились в голове. Она и не почувствовала, как телефон выскользнул из ее бессильных пальцев.

За сотни миль от нее, в Англии, Роури вздрогнул, когда в трубке раздался грохот. Телефон валялся на холодных плитах пола.