Кейти вспомнила фотографии женщин, в компании которых он появлялся перед журналистами. Ослепительно красивые и очень богатые. Странно, что ей вообще пришло в голову соперничать с ними. Напрасная трата сил. Она ведет себя как дурочка. Кейти вытащила свой старый красный спортивный костюм и натянула его на себя.

Когда она спустилась в гостиную, ужин был уже готов. Омлет был очень хорош, Кейти знала это еще до того, как попробовала первый кусочек. Джек смотрел на нее, улыбаясь.

— Пожарить тебе еще?

— Нет. — Кейти стало неловко, что она так много съела. — Но было ужасно вкусно. Ты все еще любишь готовить? Я помню, что тебе это нравилось.

— Я готовил, потому что был вынужден это делать, — улыбнулся Джек. — И я никогда не готовил ничего, кроме яичницы и хот-догов.

— Да, но зато очень вкусно.

— А вот твоя мама, — задумчиво сказал Джек, — замечательно готовила.

Мама Кейти любила готовить. Все время пробовала новые рецепты. И Джек был частым гостем на их семейных ужинах.

— Но, насколько я понимаю, — продолжал Джек, — ты не унаследовала ее любовь к домашним делам.

Кейти рассмеялась.

— Да, это точно. — Она огляделась вокруг. — Без нее мне здесь трудно справляться.

— Я знаю. Прости.

Кейти внимательно посмотрела на Джека.

— Почему ты не позвонил, когда она умерла?

Джек опустил глаза.

— Я думал, ты не заметишь, что я не позвонил.

— Не замечу? Джек! Ты был моим лучшим другом.

— Но мы не общались несколько лет.

— А мне было интересно, как ты живешь. Я думала о тебе.

— Извини. Я думал, Мэтт о тебе позаботился.

— При чем тут Мэтт? Мы были с тобой друзьями и без Мэтта. — Она положила вилку. — Да и не надо было обо мне заботиться. Мне нужно было, чтобы рядом был друг. Мне пришлось нелегко. Умер отец, потом мама, потом ушел Мэтт. А вокруг весь этот кошмар, когда я из последних сил пытаюсь удержать газету на плаву, при том, что каждый день слышу, что еще одна семья разорилась и уехала из города. — Ее голос стал тихим и печальным. — Ну вот, я тебе жалуюсь. Извини. Обычно я так себя не веду.