Джек осторожно провел кончиками пальцев по ее руке, отчего сердце Кейти отчаянно забилось.

— Пожалуйста, прости меня, — тихо сказал он.

Кейти заставила себя отдернуть руку, взяла тарелки и ушла с ними в кухню. Там она опустила тарелки в раковину.

Джек вошел вслед за ней.

— Не надо мыть их сейчас.

Он стоял прямо у нее за спиной. Она физически чувствовала его присутствие и поняла, что даже дрожит от возбуждения.

Джек приобнял ее за плечи.

— Ну вот, ты снова дрожишь. Идем к огню.

Кейти без малейшего сопротивления последовала за ним в гостиную и позволила усадить себя на диван. Джек подбросил еще дров в камин и снова повернулся к ней.

— Значит, из-за того, что я не позвонил тебе после смерти матери, ты не пришла ко мне раньше и не рассказала, что здесь происходит?

Кейти смотрела на пляшущее в камине пламя.

— Я думала, ты и так знаешь.

— Откуда? Из всех близких мне здесь людей оставалась только ты. И Мэтт.

— Наверное, мне казалось, что тебе будет неинтересно.

За окном была абсолютная темнота. Свет шел только от свечей и огня в камине. Неожиданно для себя Кейти решилась:

— Давай поговорим откровенно. Все знали, что ты хочешь поскорее отсюда уехать. И подальше от меня.

Джек встал со своего места и сел рядом с ней. Он просто потерял дар речи. Получается, Кейти думала, он уехал потому, что она ему была безразлична? И все эти годы, когда он из кожи вон лез ради нее, а потом чуть с ума не сошел, когда она вышла за Мэтта, она просто ничего не знала?

Этого не может быть.

— Я ошибаюсь? — спросила Кейти.