Об этом предложении Колберта даже неудобно рассказывать. Он сын промышленника, первого в нашем городке богача. Их огромная фабрика по производству корпусной, офисной и прочей мебели находится в центре, куда старший и младший Колберты ездят каждое утро. Почему они не переселились туда всей семьей, я не знаю. Может, здесь им привычнее, или уютнее, или же приятно сознавать, что кругом тебе нет равных. В громадном городе таких, как они, пруд пруди. Миссис Колберт активно занимается благотворительностью и устраивает в своем доме-замке пышные приемы, куда съезжается вся наша знать, но с доходами скромнее, чем у Колбертов. Помимо старшего ребенка, Грегори, у них есть еще дочь, Мэри. Сейчас она учится в колледже – наверное, в Принстоне или в Оксфорде – и появляется дома лишь на каникулах.

Не подумайте, что я внимательно слежу за событиями их жизни. По мне, излишества совсем ни к чему, без них намного спокойнее. Но о Колбертах болтают на каждом углу, поэтому узнаешь их новости буквально против воли. Впрочем, о Грегори никто ничего толком не знает. Потому что он странный, каких поискать. И несколько лет отсутствовал – где-то учился, потом работал. Никто точно не знает, где и кем.

Одни утверждают, что отец не спешит делать его своим помощником – проверяет на прочность – и тот по сей день простой конструктор или менеджер по продажам. Или экономист. Другие говорят, Грегори Колберт давным-давно управляет фабрикой сам, а отец отошел от дел и лишь протирает в кабинете штаны. Третьи готовы поклясться, что Грегори открыл свой филиал и они с отцом, хоть и связаны разного рода обязательствами, шагают отдельными дорогами. До поры до времени я не очень-то прислушивалась к подобной болтовне – знать наверняка никто ничего не может, ибо ни один из моих знакомых не работает на предприятии Колбертов.

Почему у нас так часто заходит разговор о них? Потому что Грегори Колберт каждую субботу неизменно является в наш любимый бар, садится за один и тот же столик и заказывает бокал виски. Вид у него… гм… сложно объяснить. Даже не то чтобы надменный, а такой, будто всех вокруг он презирает до такой степени, что не считает за людей, и не находит нужным замечать.