Схватив с сиденья фотоаппарат, с которым она почти не расставалась, Ли подошла к щиту у ограды. На нем было написано «Нарушение границ частной собственности карается законом». Будучи другом владельца ранчо Джона Ролинса, девушка проигнорировала предупреждение и легко перелезла через проволочную ограду. Узкая тропинка вела к горам.

В рощице она заметила самку оленя и сфотографировала ее. Ничто не нарушало покоя и тишины. На душе стало легко и радостно. Желая поскорее добраться до заветного места, она ускорила шаг. Через пятьдесят ярдов она уже различала шум воды.

В тени деревьев было прохладно. Ли не сбавляла шага, пока не вышла к тому месту, где вода стекала по-отвесному естественному карнизу скалы прямо в пруд. Ее охватил трепет. Будучи еще подростком, она называла этот заповедный водопад своим. На многие годы этот уголок природы стал ее тайным убежищем, где она любила мечтать.

Краем глаза она вдруг уловила какое-то движение и присмотрелась внимательнее. На камне у пруда на корточках сидел мальчик, положив руки на поверхность воды.

Ли навела на него объектив и решила, что ему лет восемь. Она сделала снимок и оглянулась, предполагая, что его родители где-то поблизости.

Никого, кроме них, не было.

Ли подошла ближе. Вдруг мальчик резко поднял голову и заметил ее. Он попятился назад, и в его глазах плескался страх. Достигнув ровной поверхности, он повернулся и бросился бежать.

— Эй, подожди! Не бойся меня. Ты потерялся? У меня в машине есть телефон.

Мальчик, даже если и слышал, что она кричала ему вслед, не остановился, продолжая бежать среди деревьев.

Ли побежала за ним, но о том, чтобы его догнать, не было и речи: он бежал слишком быстро.

— Скоро стемнеет, слышишь?

Она посмотрела на часы. Три часа дня. Отказываясь признать свое поражение, она продолжала бежать, бормоча себе под нос: