Выбравшись на берег, Оливия взглянула на утопленницу. Глаза ее были закрыты, щеки мертвенно бледны. Наконец ресницы вздрогнули, широко раскрылся рот, вдыхая жизненно необходимый кислород. Сьюзен тотчас же сильно закашлялась, выплевывая попавшую в рот и бронхи воду. Но вот, увидев свою спасительницу, она оттолкнула ее.

Оливии пришлось дать ей хорошую пощечину, чтобы привести в чувство.

Ахнув, Сьюзен разрыдалась и прижалась к плечу Оливии. Та принялась гладить ее волосы и шептать слова утешения. Взглядом отыскав Анну, стоявшую по щиколотки в воде и напряженно вслушивавшуюся в слова матери, Оливия громко проговорила:

– Все в порядке, детка!

– Знаю, – кивнула девочка, – я все слышала.

Оливия внезапно почувствовала себя ужасно измученной и уставшей, у нее подкосились ноги, и вместе со спасенной Сьюзен она повалилась на песок. К обеим женщинам тут же подбежала Анна.

Сьюзен плакала.

Поцеловав дочь в щеку, Оливия повернулась к Сьюзен и, схватив ее за плечи, как следует встряхнула.

– Мисс Лейтон, вы пытались совершить ужасный поступок! Умоляю вас, одумайтесь! Неужели жизнь вам не дорога?!

В ответ Сьюзен печально покачала головой.

– Уж лучше бы вы дали мне утонуть, как я хотела… Смерть мне милее, чем уготованная судьбою жизнь!

– Сьюзен, вы еще дитя, – ласково произнесла Оливия, убирая с ее лба мокрые пряди густых волос, – у вас впереди долгая и счастливая жизнь!

Оливия отнюдь не была уверена в этом, но ей хотелось успокоить девушку.

– Нет, меня ждет кошмарная участь! Лучше мне умереть! – снова разрыдалась Сьюзен, и ее тело сотрясла крупная дрожь.

– Ее терзает страх, – прошептала Анна на ухо матери.

Оливия кивнула. Она тоже чувствовала это.

– Какова же ужасная причина, побудившая вас лишить себя жизни? – участливо спросила она Сьюзен.