– Мальком, я и не знала, что вы уже в городе.

– Я прилетел вчера вечером. – Его серые глаза впились во Флейм в ожидании хоть какой-то реакции, но она была само спокойствие, и во взгляде Пауэлла мелькнуло раздражение. – Сегодня днем я настоятельно просил вашу секретаршу сообщить о моем возвращении, но вы так и не позвонили.

– Всю вторую половину дня я была занята на съемках рекламного ролика. У меня не было времени справиться у секретарши о сообщениях. Вы ведь не думаете, что я нарочно проигнорировала ваш звонок. – Она сопроводила свой ответ сияющей улыбкой.

Она давно научилась обращаться с Малькомом Пауэллом – надо было просто не позволять давить на себя. Надо уметь противостоять ему, но делать это с умом.

– Нет-нет, мне такое и в голову не приходило!

– И что же вы хотели мне сказать?

Его взгляд скользнул на Эллери.

– Принесите Флейм еще вина. – Он взял у нее из рук хрустальный бокал и поставил его на лакированный столик у стены. – И позаботьтесь, чтобы на этот раз его хорошенько охладили.

– Непременно. – Эллери склонил голову с преувеличенной почтительностью. – Я сделаю нагоняй буфетчику и от вашего имени выскажу ему неудовольствие. – И, обращаясь к Флейм, добавил: – Это займет не больше пяти минут.

Когда он удалился, Флейм повернулась к Малькому, который являлся краеугольным камнем всей ее карьеры. Она была ему многим обязана, и он это знал. Восемь лет назад ее приняли на работу в агентство благодаря вовсе не университетской степени или высокой квалификации. Просто она способствовала престижу фирмы – с ее ценными связями и знакомствами ее демонстрировали клиенту в полном блеске во время каждой презентации. Тогда-то, более пяти лет назад, ее увидел Мальком. Не прошло и года, как по его настоянию она стала единолично распоряжаться его счетом. Кроме того, он рекомендовал ее другим компаниям, и в первую очередь тем, с которыми сам имел дело. Через три года она уже контролировала несколько крупнейших счетов агентства. Естественно, ее сделали вице-президентом.