Надеясь, что он связался с лагерем, она вынула из футляра камеру и посмотрела в видоискатель, но делать снимки без разрешения хозяина не посмела. А каким украшением ее книги были бы эти снимки! Подлинное арабское жилище — прямо из сказок «Тысячи и одной ночи».

Опустив камеру, Лайза откинулась на подушки и попробовала устроиться поудобнее. До этого неприятного происшествия она считала, что ей очень повезло с работой на раскопках. Хотя большая часть фотографий, которые она делала, была предназначена для каталога памятников материальной культуры, что не давало ей большого простора для творчества, она также снимала обнаруженные жилища или другие интересные места. Основную часть ее работы можно выполнять сидя, и, безусловно, ее лодыжка скоро поправится настолько, что она сможет приступить к работе.

Туарег выключил радио и повернулся, опершись рукой об узкий стол.

— Ваши археологи будут поставлены в известность. Завтра кого-нибудь пришлют отремонтировать джип. А утром вас осмотрит врач. Теперь уже слишком поздно, да и песчаная буря распространилась слишком далеко. В город сейчас ехать опасно. Повсюду ведутся спасательные операции. Переночуем здесь.

Услышав эти слова, Лайза не сразу осознала их смысл.

— Переночуем здесь? — Она оглядела единственную комнату. Обильно обставлена, роскошные цвета и ткани. Но ничего личного. Где она будет спать? А он?

Конечно, ей ничего не грозит. Он почти не смотрит на нее, едва замечает ее присутствие. И явно не одобряет проект, на который она работает. О чем же ей беспокоиться?

— Уверяю вас, вы будете в полной безопасности, — не без сарказма заметил он.

Лайза покраснела. Она знала, что не отличается красотой. Но...

Но что? Хотелось бы ей, чтобы он изобразил страсть, которая не утоляется одним взглядом, а требует физического сближения и чувства?

Вряд ли. Тебя более что она не из тех женщин, что разжигают страсть в мужчинах.