Она, безусловно, производила впечатление, буквально ослепляла, в том числе и пронизывающими ее солнечными лучами, бьющими сквозь высокие окна. Розанна отметила про себя, что изысканная мебель здесь была под стать нежным акварелям, висевшим на стенах. Идеальные пропорции бледно-зеленых стен с позолоченной окантовкой и потолок, украшенный фресками с изображением роз, привели ее в восхищение.

— Это гостиная, миледи, — сообщил Бейтс. — Сэр Леонард закончил собирать эти картины незадолго до смерти.

— Она очень красивая, — с чувством произнесла Розанна.

Бейтс улыбнулся:

— Я знал, что вам понравится.

Розанна вздохнула и спросила:

— Я не могу понять, если у дедушки был такой красивый дом, почему он никого не принимал?

Дворецкий помолчал, прежде чем ответить.

— Когда жена сэра Леонарда, леди Маргарет, была жива, они много бывали в свете. Но, как вы знаете, она скончалась при родах, и после этого сэр Леонард полностью покинул высший свет. Все свое время он посвящал коллекционированию фарфора и картин. Он, бывало, говорил мне: «Бейтс, я потерял самую красивую женщину в целом свете, но могу попытаться собрать прекрасные произведения искусства, чтобы украсить этот дом в память о ней».

Розанна смахнула слезу со щеки.

«Бедный дедушка Леонард, — подумала она. — Если бы мы с мамой знали, как он несчастен, мы бы наверняка чаще навещали его».

— Мы с женой очень долго служили сэру Леонарду, мы привыкли к его требованиям, — продолжал Бейтс. — Ему было хорошо здесь, среди своих книг и картин. Не меньше он любил и свой сад, но, пожалуй, больше всего он любил своих лошадей. — Он помолчал, прежде чем продолжить. — Я уверен, миледи, вы захотите осмотреть и остальные комнаты, но, может быть, вы предпочтете подождать, пока будет готов ленч?

— Нет, я очень хочу все осмотреть прямо сейчас, — с энтузиазмом ответила Розанна.