— Тогда прошу следовать за мной, — пригласил дворецкий. — Я покажу вам ваш новый дом.

К тому времени как Розанна заканчивала осмотр дома, обойдя его от подвала до чердака, она уже точно знала, что будет любить Доннингтон-холл так же, как любил его дедушка Леонард.

Ее поразило то, что несмотря на внушительные размеры, это все же был уютный дом, а не просто огромное строение. Каждая комната была со вкусом обставлена и украшена уникальными произведениями искусства — вазами из прозрачного китайского фарфора, величественными индийскими статуями, странными резными фигурками с далеких тихоокеанских островов.

Наконец, когда она осмотрела помещения для слуг на верхнем этаже, Бейтс проводил ее к лестнице, которая через откидной люк вела на крышу дома.

— Хотите побывать на крыше, миледи? Лестница очень крутая.

Розанна колебалась всего несколько мгновений. Она хотела увидеть и обследовать каждый дюйм своего нового дома. Придерживая юбку дорожного костюма одной рукой, она проворно взбежала по лестнице на крышу, где стоял флагшток.

У девушки невольно вырвался возглас восхищения, когда она увидела, какие великолепные угодья принадлежат ей теперь. Только с такой высоты она наконец смогла осознать размер своего наследства.

В это время ее багаж перенесли в комнату, которую Бейтс назвал голубой спальней.

— Сэр Леонард спал в хозяйской спальне, — сказал он Розанне, а эту комнату покойная леди Маргарет использовала как собственную гостиную. — Он указал на прекрасную картину, которая привлекла внимание Розанны, как только она переступила порог. — Это набросок портрета леди Маргарет, который был сделан в тот день, когда ей исполнился двадцать один год. Сэр Леонард не мог повесить эту работу у себя в комнате, но и не хотел хранить ее где-то на чердаке.

Розанна всматривалась в красивое улыбающееся лицо леди Маргарет. Художник изобразил ее так, будто улыбка адресовалась человеку, стоявшему перед портретом — тому, кого она хорошо знает и любит.