Розанна нахмурилась. У нее не было желания добавлять что-либо в свою жизнь — особенно человека, который женится на ней не потому, что считает ее идеальной женщиной, предназначенной ему небесами, а потому что она владеет тем, о чем он всегда мечтал.

— Они любят только мой счет в банке, — пробормотала девушка, наблюдая из окна кареты, как бледно-персиковый рассвет окрашивает восточную часть неба. — Я для них только ворота, ведущие в сад, а не сам цветущий сад.

Ее голубые глаза наполнились слезами. Лошади неслись вперед, и Розанна вспоминала, как с самого детства мечтала о том, как однажды встретит человека, который полюбит ее всем сердцем, и она ответит на его чувства преданной любовью на всю жизнь.

Карета с грохотом проехала по деревянному мосту. Розанна вытерла слезы на бледных щеках. — Как же я была счастлива тогда! — всхлипнула она. — Если бы мама была жива, никто не посмел бы так настойчиво убеждать меня выйти замуж. Она смогла бы меня защитить.

Но теперь Розанна была одна во всем свете — без защиты, и очень, очень богата.

У нее не было родственников, которые могли бы ей помочь. Адвокаты в Лондоне, которые вручили ей бумаги о наследстве, были добрыми, но очень старыми людьми. Как только были улажены все банковские дела, они сочли свою миссию исчерпанной. В своем завещании двоюродный дедушка был немногословен: «Надеюсь, она будет стараться продолжать семейные традиции и проживет жизнь достойную и полезную, как я ей и желаю».

Дом и деньги, которые Розанна унаследовала, сначала привели ее в восторг, теперь же все это казалось ей непосильной ношей, которую хотелось сбросить и забыть.

«Дедушка Леонард хотел, чтобы я чего-то добилась в жизни, — сказала она себе. — Деньги — это бремя, но я должна нести его, найти способ сделать что-то полезное в этом мире. А если меня принудят выйти замуж, мне это не удастся».