Глубоко вздохнув, Эллен нашарила под столом туфли, которые скинула на пол. Сунув ноги в простые черные лодочки, она положила на стол портфель, отодвинула стул и встала. И тут же наткнулась на человека, стоящего у нее за спиной.

Она извинилась и сделала шаг в сторону.

— Какие могут быть церемонии между влюбленными, Эллен, — прошептал низкий, хрипловатый голос. — Это ведь я, Джош.

Эллен едва не закричала и зажала рот рукой.

— Джош! — Она повернулась и оглядела возвышающегося над ней мужчину. Приподняв одну бровь, он улыбался.

— Он самый. А это голубоглазая Эллен, которую я хорошо помню. Только раньше эти глаза не были такими большими. Ты настолько удивлена, увидев меня... дорогая?

Эллен потеряла дар речи. Она лишь, наморщив лоб, мигала глазами, затем медленно отняла ладонь ото рта.

Джош склонил голову набок и внимательно смотрел на нее.

— Ого, отчего это ты нахмурилась? Наверное, я не называл тебя «дорогая»? — снова прошептал он. — Хорошо. Попробую догадаться. С трех попыток. Мой ангел?

Эллен готова была взорваться.

— Тебе не следует быть здесь, — тихо, но твердо произнесла она, стараясь не устраивать сцену.

— Боюсь, уже поздно — я здесь, — спокойно сказал он. — И, кажется, «мой ангел» тоже не подходит. И уж точно не «крошка». — Он покачал головой. — Я совершенно уверен, что никогда не называл тебя так. «Крошка» тебе тоже, кажется, не нравится. Тогда остановимся на... «любимой»?

Он озорно улыбался, прядь почти черных волос упала ему на лоб. Эллен и забыла неотразимую улыбку Джоша Готорна. Она всегда делала вид, что ее это не волнует, но ни одна нормальная женщина не могла не признать, что своей улыбкой Джош Готорн был в состоянии растопить полярные льды.