В течение трех дней он наблюдал, как она играет с опасностью. Однажды возле нее начала увиваться пара вроде бы совершенно невинных поклонников, а в то же время мальчишка попытался стянуть ее сумочку, правда безуспешно. Вроде бы ничего серьезного, но никто не пришел ей на помощь. И все потому, что ее агрессивный вид отпугивал. Пришлось ему выйти из укрытия и разогнать обидчиков.

Порывшись в карманах, Ангел нашел окурок и сунул его в рот. Поискал спичку, закурил, прикрыв пламя руками и искоса поглядывая сквозь дым на вход «Деймьена». За широкой стеклянной дверью можно было разглядеть по меньшей мере две трети клуба. И ее. Гейб вдохнул дым, выпустил тонкую струйку, поморщился и бросил недокуренную сигарету. Он увидел, как она идет к выходу, и внутри него что-то непривычно напряглось при ее приближении. Келли остановилась в дверях, кивнула кому-то, вышла и начала неуверенно спускаться по ступенькам. Ангел подумал, не выпила ли она сегодня, хотя предыдущие два вечера он этого не замечал.

Девушка направилась к машине, и Габриэль снова невольно залюбовался этими ногами на высоких каблучках. На ней был потрясающий огненно-красный кожаный костюм. Келли остановилась посреди улицы. Завыли сирены, потом загорелся желтый сигнал светофора, и она, пропуская машины, перешла улицу и подошла к нему.

— И сколько тебе платят за то, что ты меня нянчишь?

Он остановил на ней тяжелый взгляд.

— Ты не ребенок.

— Хорошо, что заметил.

— Это трудно не заметить.

Ему понравилось, что она слегка покраснела.

— Ты мне начинаешь надоедать! У тебя что, жены нет, не с кем время скоротать?

Ангел медленно помотал головой. Девушка подошла к нему, остановилась рядом с мотоциклом и, положив руку на бедро, осмотрела Гейба с головы до ног. Он почувствовал напряжение в паху. Господи! Понимает ли она, что делает с человеком? Она была воплощенным искушением, но Ангел не мог позволить себе то, что невольно лезло ему в голову. Он снял с руля перчатки и выпрямился.