Дом на Строгинском бульваре сдали в эксплуатацию в 1983 году. Дом был кооперативный, а стало быть, счастье выпало новоселам вовсе не бесплатное, однако никто из них не отчаивался по этому поводу: пусть за собственные деньги, пусть у черта на куличках, на Северо-Западе, в Строгино, едва ли не за пределами Москвы, зато свое, отдельное жилье. Ведь если рассчитывать на государство, отдельной квартирой они могли бы обзавестись еще лет через тридцать, а то и через сорок. Нет, уж лучше за собственные деньги, зато сейчас. А деньги… Что такое 'деньги'? Деньги — зло, их нужно уничтожать. Тогда почему бы не уничтожить их таким замечательным, и главное, полезным способом?

Волею судьбы семьи Лутовининых, Горожаниновых и Дидковских стали соседями. Не ближайшими, по лестничной клетке, а просто соседями по подъезду, ведь жили все на разных этажах. Просто мальчишки, Генка Горожанинов и Валерка Дидковский, сдружились во дворе, благо, оказались они ровесниками и даже в новой школе учиться стали в одном классе. Маленькая же Лариса Лутовинина присоединилась к их компании чуточку позже и не столько по интересам, сколько, можно сказать, по нужде.

Ларискина мама, Елизавета Николаевна, была парикмахершей. И на первых после переезда в новый дом порах не работала, приглядывая за четырехлетней дочкой, да заодно занимаясь обустройством квартиры. Это-то, конечно, замечательно, да вот только денег семье категорически не хватало, ведь глава семейства, Аркадий Семенович Лутовинин, хоть и был замечательным человеком, но семью этим обстоятельством, как известно, не сильно прокормишь. А по профессии Аркадий Семенович был музыкантом, играл на трубе в оркестре Радио и Телевидения, а музыка, к великому сожалению, редко кому может позволить жить на широкую ногу. Особенно если учесть, что квартирка-то Лутовининым досталась вовсе не на халяву — за нее ведь еще несколько лет придется расплачиваться. А новая квартира — это что? Это же огромнейшая прореха в семейном бюджете, можно даже сказать, дырища в кармане.