Судя по всему, он ей не нравится. Майлз частенько ловил на себе взгляд ее больших зеленых глаз, выражение которых не оставляет сомнений на этот счет. В них то ли презрение, то ли удивление. В общем, неизвестно, как вести себя с ней.

Майлз переключил внимание на Лори.

— Главное — не делайте никаких заявлений для печати. Вы поняли меня? Это очень важно.

Закончив разговор, Майлз стал просматривать почту. Ничего особенного не было, его взгляд остановился на имени, написанном на листке бумаги. Кейра. Кейра Рай-Стенфорд. Очень сексуальная женщина. Вчера вечером на ней было платье, которое держалось на тонюсенькой лямочке. Дерни разок и....

Майлз встал и подошел к двери.

— Джемайма...

Женщина оторвала взгляд от монитора.

— Да?

— Скажите, чтобы послали цветы Кейре Рай-Стенфорд в... в галерею Тилярда.

— Кейра Рай-Стенфорд? — В ее голосе как будто слышался упрек. — И что вы хотите послать?

Майлз представил себе Кейру. Кельтская красота и манящий взгляд голубых глаз. Эта женщина наверняка привыкла получать цветы. Значит, надо придумать что-то особенное.

Он улыбнулся.

— Одуванчики.

Ручка Джемаймы замерла над блокнотом.

— Одуванчики?

— Скажите, чтобы завернули в целлофан с большим бантом и доставили в галерею Тилярда.

— Но одуванчики...

— Поверьте мне, это срабатывает. Всякий раз. — Майлз подмигнул новой секретарше и пошел к своему кабинету.

Джемайма кончила писать и постучала ручкой по блокноту.

Майлз остановился.

— У вас проблемы?

Зеленые глаза Джемаймы вспыхнули, но голос прозвучал спокойно:

— Если какая-то проблема будет у флориста, я вам сообщу.

— Не будет. Беки для меня мир перевернет, — сказал Майлз, закрывая дверь своего кабинета.

По лицу секретарши можно подумать, будто он просит ее саму собрать проклятые одуванчики, а не просто позвонить в цветочный магазин, с которым у него договоренность. Да Беки только похихикает и все. Кейра получит охапку сорняка, завернутую в целлофан и обвязанную, как полагается, лентой. Отлично.