— Пошли, — тихо произнесла Сюзанна, — ты мне обещал развести огонь.

— А почему ты говоришь шепотом, дорогая? Боишься разбудить ребенка?

Майк хотел этим замечанием разрядить обстановку, но Сюзанна никак не отреагировала на его слова.

Две другие комнаты оказались: одна — еще одной спальней, а другая — кладовой. Потом они вышли в коридор, соединявший дом с мельницей. В дальнем конце коридора они увидели большую дверь с массивным железным засовом.

— Тупик, — сказал Майк.

Вдруг Сюзанна оцепенела.

— Что с тобой? — встревожился Майк. — Чтослучилось?

— Ничего… Мне показалось, я что-то слышала. Нет, ничего… Пошли, Майк.

— Подожди минуту.

Майк поднял голову. До них донесся еле слышный звук.

— Вот, слышишь, — насторожилась Сюзанна, — Майк, что это?

— Ш-ш-ш… тише.

Он прислушался. Любопытно, но едва уловимый звук показался ему плачем ребенка. Он отодвинул засов, медленно открыл дверь и посветил внутрь. Несколько ступенек, коридор и огромная дубовая дверь, обитая железом, с тяжелым засовом, на котором висел большой железный замок.

Сюзанна стояла за Майком и поэтому ничего не видела.

— Майк, что там?

— Ничего. Пустой коридор и большая дверь, похоже, ведущая на мельницу.

— А откуда шум?

— Может, какие-то звуковые аберрации или мыши на мельнице. Там, вероятно, осталась еще пшеница.

— Мыши! Майк, ну… может, правда, лучше переночевать в машине?

— А что стало с твоим романтическим духом? — рассмеялся Майк. — Ну, пошли, хватит на сегодня исследований.

Они вернулись в гостиную, затем вышли на улицу, чтобы собрать немного сушняка. Майк отломал несколько толстых веток с поваленного дерева, а Сюзанна собрала большую кучу щепок для растопки.