Однако вскоре, к своему удивлению, он заметил, что леди Альдора, вместо того чтобы сидеть на трибуне, развлекаясь светской болтовней, разговаривала с жокеями и до и после скачек осматривала лошадей в загоне.

После нескольких заездов герцог случайно столкнулся с ней в дверях и, не удержавшись, спросил:

— Везет сегодня?

— Первые и вторые места в каждом заезде! — отозвалась она. — Но букмекеров я уже раздражаю, как вы — меня!

Выпалив это и не дожидаясь ответа герцога, она исчезла.

Герцог вновь с раздражением подумал, что девчонке не мешает задать хорошую трепку и отправить учить уроки, вместо того чтобы позволять ей вмешиваться в дела взрослых.

Несколько уязвленный, он сел рядом с Фенеллой в ожидании следующего заезда.

Герцог попытался рассказать ей о своих лошадях, которых собирался выставить в следующем круге и в которых был абсолютно уверен, так как лично тренировал их. Но не успел он заговорить, Фенелла принялась уверять его, как много значит для нее он сам и их чувства друг к другу.

Ясно было, что ничто ее не интересовало.

Не в силах сдержаться, герцог несколько бесцеремонно встал со своего места посреди «любовного откровения» подруги. В тот же момент начался главный заезд.

Борьба за первенство началась с самого старта. Все лошади были сильные, выносливые, отлично тренированные.

Герцог был уверен в победе своего скакуна. Но оказалось, что выиграть этот заезд не так-то просто. Его лошадь пришла к финишу ноздря в ноздрю с другим жеребцом.

Этот заезд оказался одним из самых азартных и волнующих.

Когда он закончился, Фенелла спросила скучающим голосом:

— Ну что, вы победили?

— Мы ждем решения арбитра, — резко ответил герцог.

Фенелла вынула из ридикюля небольшое зеркальце и принялась рассматривать свое отражение. Герцог понял, что, как и большинство женщин, она интересовалась не лошадьми, а их владельцами.