- Ох, Пэриш, это несправедливо! - укорила его Линн Харрингтон. - Даже мне вряд ли понравилось бы провести ночь в одиночестве посреди загона. Возможно, мысль о чудесном расслабляющем душе в конце всего, что с ней приключилось, - это единственное, что поддерживало эту женщину. И потом, после такого дня, какой был у нее, она, естественно, несколько душевно ослабла.

- Да? Ну, зато она не слабо врезала Элен, когда добралась до телефона. И употребила то еще словечко, когда споткнулась на ступеньке веранды.

- А ты небось не предупредил ее об этой ступеньке, а, Пэриш? - невинно спросил Расти.

- Я просто забыл... - буркнул Пэриш. - Мне и самому давно уж надоело спотыкаться на этой чертовой ступеньке. Хотя... - он улыбнулся, признаться, я получил некоторое удовлетворение, когда она наконец заговорила.

Точнее, почти сразу же начала ворчать, что по городским законам общественной безопасности дом, находящийся даже в лучшем состоянии, чем его жилище, подлежал бы сносу.

- Надеюсь, эта Джина Петрочелли так же разбирается в компьютерах, как знает определенный лексикон, - сказал он. - Иначе ей придется уехать прежде, чем мы вернемся с первой ревизии.

- Ну, я рада, что хоть какое-то время рядом будет еще одна женщина, заметила Линн, с неловкостью беременной опускаясь на стул у стола. - Сколько ей лет?

Пэриш сам удивился, что не может описать ночную гостью. Хотя это и понятно: у него слипались глаза, да и колючая городская повадка дамочки его огорошила. Вроде бы шатенка, выглядит нормально, среднего роста, с крупным ртом, одета в дорогой по виду халат. Кажется, нос у нее вздернутый, впрочем, он не уверен.

- Пэриш?

Он взглянул на Линн, смотревшую на него с таким же укором, как ее двенадцатилетняя дочь, когда он не смог назвать последнего рок-идола.

- А?

- Сколько ей лет?

- Думаю, около тридцати. Линн удовлетворенно кивнула: