"Зато отлично знаешь, как раздевать”, – отметила про себя Аманда и, встретив его взгляд, почувствовала, что именно это он мысленно и проделывает сейчас с ней. Его слова подтвердили догадку Аманды.

– Знаешь, у тебя отличная фигура, но ты слишком вульгарно ее подчеркиваешь.

– Ну что вульгарного в блузке и юбке? – невинно спросила она.

– Как сказать! В твоем случае зеленый и красный атлас вряд ли подходит для повседневной одежды, не говоря уже о сочетании цветов.

Он игриво потянул за гофрированный воротник блузки, и, когда кончики его пальцев скользнули по ее коже, она вздрогнула от нахлынувшего чувства странного возбуждения.

– Пошли, – сказал он. – Начнем с Бофур-Сент-Оноре. Если повезет, купим там все, что нужно.

– А как быть с вещами, которые я привезла с собой? – сокрушалась Аманда. – Не выбрасывать же их на улицу!

– Лучше всего – в мусорный ящик!

– Думаете, остроумно? Да знаете, сколько я заплатила за эти шмотки!

– За эти вещи, – сказал Пьер.

– Плевала я на ваши поучения! – взвизгнула она, давясь от сдерживаемого смеха: Пьер болезненно поморщился и с видом мученика сжал голову руками. – У вас что-то болит? – спросила она.

– Да, шея! А теперь заткнись!

Судя по глазам Пьера, терпение его было на пределе, и Аманда покорно, молча последовала за ним, обдумывая новые способы испытывать его терпение и впредь.

Медленно идя рядом с Пьером по известной торговой улице, Аманда без конца охала и ахала, цепляясь за все витрины, где были выставлены наименее подходящие к случаю вещи; а Пьер, с трудом сдерживая раздражение, подгонял ее. Когда он наконец остановился, Аманда заметила вывеску магазина женского платья всемирно известного кутюрье.

– Какая древняя пыльная лавка! – притворилась Аманда, отвернув нос от изысканного платья, выставленного в витрине, и пытаясь подтащить Пьера к следующей, где висело нечто невообразимое белого цвета в многочисленных оборочках. – Вот это мне больше нравится.